«Зачем нам эти веники? То ли дело сережки и брошь»

Posted: 24th Январь 2012 by admin in Без рубрики

Ирина Пегова (Александра Николаевна Негина) и Даниил Спиваковский (Петр Егорыч Мелузов)

Режиссер Миндаугас Карбаускис перечитал пьесу Александра Островского и пришел к выводу, что она не только про вчера, но и про сегодня, а главное, — она про театр и актерскую профессию. Вот так и возник этот знаковый выбор первой постановки Карбаускиса в качестве худрука театра им. Маяковского, с намеком на недавние конфликты в труппе и непростую, зависимую актерскую судьбу.

Что делать провинциальной девушке, если она родилась Актрисой? То есть родилась с ощущением собственного призвания и таланта. Правда, увы, бедная, как церковная мышь. Может, выбрать тихую трудовую жизнь с бедным учителем? Но тогда прощай сцена, слава и признание. Даже платье для бенефиса учитель ей не подарит. Или выбрать иную жизнь, которую устроят богатые поклонники? Они-то как раз подарят платье, которое нужно.

Бескорыстный трудовой раек или зрители из первых рядов партера — вот суть этого выбора. Твердо стоящая на крепеньких ножках главная героиня пьесы Саша Негина (ее роль исполняет приглашенная из МХТ им.Чехова актриса Ирина Пегова), чуть поиграв в любовь с учителем (Даниил Спиваковский) выбирает богатого помещика Великатова (Михаил Филиппов). Помогает ей определиться в выборе совершенно замшелая, но и цепкая одновременно, родная мать — Домна Пантелеевна (Светлана Немоляева).

«Зачем нам эти веники? — спрашивает практичная мамаша, указывая на букеты цветов от поклонников. — Другое дело — сережки или брошь. Чем эти вещи хороши и приятны? Их можно заложить».

Карбаускис перечитал Островского скрупулезно и, может быть, даже чересчур тщательно. Если бы ни режиссерская находка — использовать поворотный круг сцены, который, с одной стороны, задает темп действию, а с другой, является тренажером для изящной хореографии — ее демонстрируют все персонажи пьесы, зритель бы на спектакле заскучал. А так — на разный манер герои пьесы подталкивают этот круг, совершая бег за призрачными или, наоборот, совершенно материальными ценностями.

Если главная героиня в исполнении Пеговой вначале ступает на него, как на скользкую дорожку, то в конце — она несется по нему в паровозе с ветерком. Таким образом круг сцены превращая в жизни круг. Если бы ни фонтан энергии Ирины Пеговой (Карбаускис считает ее своим талисманом и ставил с ней уже пятый спектакль), ни тихое очарование Даниила Спиваковского, ни покоряющая безбашенность героини Анны Ардовой, трудно сказать кто бы еще мог взбодрить почти четырехчасовое действие. Кто-то из актеров, занятых в спектакле, признался, что Карбаускис «снял» с них шаблоны, накопившиеся за долгую актерскую жизнь. Снял-то он снял, да видно, пока не всё.